В мире День Интернета принято отмечать 4 апреля. А родилась Всемирная паутина 30 лет назад, в марте 1989 года. Интернет стал одним из самых стремительно развивающихся проектов в истории человечества. К 2025 году он может превратиться в одну из базовых потребностей человека, стать такой же необходимостью нормального существования как, скажем, электричество или водопровод. Во всяком случае, таковым будут считать Интернет подавляющее большинство людей на планете.
Сегодня трудно поверить в то, что все это стало результатом хобби одного человека! То, чем в настоящее время пользуются 4 миллиарда 500 миллионов человек в мире (больше половины населения Земли), началось с идеи, высказанной британцем по имени Тим Бернес-Ли. Сейчас ему 63 года. А загорелся он желанием предоставить людям возможность свободного общения и обмена знаниями в возрасте 33 лет. Символично, не правда ли?
Сэр Тим Бернес-Ли недоволен тем, как развивается его детище. И у него множество идей относительно того, как исправить ситуацию. Обо всем этом он рассказал в интервью, эксклюзивное право на публикацию которого в Украине «ФАКТЫ» получили от The Interview People.
— Помните, с чего начиналась история создания Всемирной паутины?
— Конечно. Я тогда работал в Европейской лаборатории по ядерным исследованиям (ЦЕРН) в Женеве программистом. Ко мне относились как к новому сотруднику, что было вполне естественно, поскольку попал я туда за полтора года до событий, о которых вы меня просите рассказать. Для собственных нужд написал программу Enquire. Она использовала случайные ассоциации. И вот тогда мне пришла в голову идея создания некой сети, которая могла бы связать компьютеры в разных странах мира. Сначала думал только о том, что такая связь значительно облегчила бы общение ученых-ядерщиков. Решил уведомить об этом свое начальство. Написал служебную записку, в которой впервые использовал словосочетание World Wide Web — Всемирная паутина. Мой босс ознакомился с документом и написал простым карандашом свое мнение. Там было всего три слова: «Туманно, но интересно».
— Это было в марте 1989 года?
— Ну да. Именно поэтому принято считать, что Интернет тогда и родился. На самом деле прошло полтора года, прежде чем моя идея материализовалась. Работать над этим проектом начальство мне не разрешало. Я еще несколько раз поднимал вопрос, пока наконец все тот же босс заявил мне: «Если вам так хочется тратить на это собственное время, пожалуйста. Пусть это будет play project». Что это означает? То, что в свободное от основной работы время я могу заниматься своим проектом, используя служебное оборудование. Никакого финансирования. Что-то вроде хобби.
— Вы представляли себе, во что это превратится в итоге?
— Нет. Конечно, мечтал, как люди, находясь в тысячах километров друг от друга, смогут свободно общаться, обмениваться фотографиями, документами, дискутировать без каких-либо ограничений. Думал, как моя паутина свяжет миллионы или даже миллиарды людей. Но я и представить себе не мог, что Интернет окажется в руках четырех-пяти гигантских корпораций, которые и будут определять правила общения в нем! Появился совершенно новый вид бизнеса, приносящий его владельцам суперприбыль. Мы упустили тот момент, когда Интернет оказался в руках частного капитала. И возникли такие гиганты как Google, Facebook, Amazon, Netflix. Да, моя идея помогла создать всемирный банк знаний всего человечества. Но она же породила монстра в виде возможности манипулировать политическими взглядами людей, выборами в разных странах, мнением общества по самым животрепещущим проблемам. И это я перечислил еще не все зло, которое принес Интернет. Есть еще фейковые новости, интернет-зависимость… Всего сразу не назовешь.
— Выходит, вы сожалеете о том, что создали?
— Я несу за это ответственность, но не сожалею. Просто мой идеализм, а также идеализм миллионов других мечтателей, загоревшихся моей идеей, потерпел сокрушительное поражение. Как я понимаю, мы стремились создать идеальный виртуальный мир, а Интернет стал всего лишь продолжением реальной жизни со всеми ее пороками и теневыми сторонами. Люди ежедневно сталкиваются с хорошим, плохим и ужасным. В Интернете все это тоже присутствует, даже с лихвой. Любое изобретение человечества таит в себе добро и зло. Нельзя рассматривать науку, знания, следовательно информацию как источник зла. Вы согласны?
— Конечно, но Интернет предоставил возможность для совершения множества преступлений…
— Об этом я и говорю! Интернет — продолжение нашей реальной жизни. Только так к нему можно и нужно относиться. В нашей жизни есть место преступлениям? Да. Значит, они будут совершаться с помощью Интернета. Это и хакеры, которые ежедневно взламывают десятки тысяч сайтов, крадут деньги со счетов, воруют частную информацию, порочат людей, шантажируют их, доводят до самоубийства. Все это было в нашей жизни до появления Интернета. Просто мы иначе хранили ценную информацию, но это не защищало нас от преступников. Считаю, что виновата не Всемирная паутина, а те, кто ее используют.
— То есть мы с вами?
— Не совсем. Я уверен, что в следующие 30 лет Интернет изменится в лучшую сторону. Негативных изменений можно избежать, если регулировать глобальную сеть. Главными угрозами являются умышленные хакерские атаки, спонсируемые государствами, преследования в Интернете, а также платформы, поощряющие кликбейт и распространение дезинформации. Ну и еще снижение культуры общения в онлайн. Назрела срочная необходимость создать законы и системы, которые минимизировали бы эти угрозы. Следует менять стимулы для блогеров, увлекающихся кликбейтом, потому что популярные платформы его поощряют. Вы не можете просто обвинить одно правительство, одну социальную сеть или человеческую душу. Нужно сосредоточиться на первопричинах. Чтобы сделать это правильно, нам нужно объединиться в глобальное веб-сообщество. Для начала правительства всех стран должны адаптировать законы под цифровую эпоху. При этом такие законы должны гарантировать Интернету открытость, а гражданам — защиту их прав и свобод.
— И вы знаете, как это сделать?
— Надеюсь, что знаю. Только я уже не один. Нас много. Интернет в его нынешнем виде терпит крах. Почему? Потому что управление им сосредоточено в руках крайне незначительного числа компаний. Существующие сети лишь подстегивают цензуру и желание заработать на них. Крупные компании собирают контактные и платежные данные, текстовые записи, фотографии и другую информацию, которая важна для каждого. В случае успешной хакерской атаки или ликвидации компании все массивы пропадут. Крупные хранилища данных, принадлежащие частным корпорациям-гигантам, — лакомая добыча для хакеров. Они могут украсть информацию для перепродажи или шантажа, а также передать ее другим злоумышленникам.
Сами компании бывают нечисты на руку. Они обменивают и продают информацию о пользователях, не ставя их в известность. В то же время пользователи вынуждены следовать правилам, которые вводят те или иные приложения. Facebook избирательно блокирует пользователей за неподходящие публикации, Instagram известен своими ограничениями на изображения. Мы уже несколько лет разрабатываем идею децентрализованного Интернета — Dweb. Она заключается в принципе круговой поруки. Все данные будут храниться небольшими частями на всех компьютерных устройствах, а не в огромных хранилищах и облаках, как сегодня. Каждый пользователь оберегает и защищает свою часть этого всеобщего хранилища. Такая сложная система позволяет надежно оберегать конфиденциальную информацию. Кроме того, пользователи смогут сами устанавливать правила. Это будет по-настоящему демократический Интернет. Сеть, основанная на равноправии участников.
— Два года назад вы опубликовали открытое письмо, в котором назвали три главные проблемы Интернета в его нынешнем виде. Что-то изменилось с тех пор?
— Положительные сдвиги есть, но они не решают указанные мною проблемы. Позвольте, я повторю их. Мы перестали контролировать свои персональные данные. Сейчас большинство сайтов охотно делятся бесплатным контентом в обмен на личные данные пользователей. Люди привыкли мириться с этим негласным бартером и часто без лишних вопросов жмут галочки напротив соглашений о конфиденциальности. На самом деле каждый, кто передает конфиденциальную информацию администрации сайтов, навсегда упускает возможность контролировать ее. Порталы собирают данные и используют их в своих целях. Более того, люди часто не могут решить, сколько информации и в каком виде отдавать в обмен на контент. Компании запрашивают то, что им нужно, и пользователи не вправе это обсуждать.
Раньше это делалось исключительно для увеличения прибыли. В 2010 году впервые личные данные были использованы в политических целях. Тогда генеральный прокурор США Марта Коакли баллотировалась в Сенат. За 138 минут девять аккаунтов в Twitter распространили фейк, что Марта ненавидит католиков. За два часа 18 минут избирательная кампания Коакли была потоплена атакой одного бота. Это первый в истории подтвержденный случай использования ботов в соцсетях для манипулирования мнением избирателей. Но и это еще не все. В ряде стран мира личная информация собирается правительством в целях борьбы с инакомыслящими, с оппозицией. Люди боятся обсуждать в сети важные вопросы.
Вторая проблема — ложь слишком быстро распространяется по сети. Интернет поистине безграничен, но человек постоянно посещает лишь несколько сайтов и чаще всего пользуется одной и той же поисковой системой. Все эти интернет-ресурсы зарабатывают на кликах, а значит, заинтересованы в том, чтобы на глаза их пользователям попадались как можно более провокационные и шокирующие материалы. Социальные сети и поисковые машины постоянно собирают данные о перемещениях пользователей по страницам, об их поле, возрасте, социальном положении — обо всем, что могло бы пригодиться для улучшения алгоритмов. В конечном итоге мы видим в рекламе, на сайтах или в поиске именно то, на что вероятнее всего кликнем. Именно это позволяет фейковым материалам распространяться по сети подобно пожару. Лживые новости шокируют, удивляют, затрагивают запретные стороны жизни. Делают все, чтобы пользователь перешел по ссылке. Предлагаемая нами новая концепция устройства Интернета использует совсем иной подход. В традиционном Интернете нам известен адрес файла или страницы. Для скачивания необходимо перейти по ссылке. А мы предлагаем ориентироваться в сети не по адресам, а по сути каждого файла, его содержимому.
Третья проблема — политическая агитация в Интернете в последние годы практически не отличается от обычного маркетинга. Алгоритмы, измеряющие предпочтения пользователей, способны выявить их желания и опасения, направив пропаганду на «правильную» аудиторию. Более того, объявления с политическим подтекстом могут быть составлены индивидуально для каждого избирателя. Политики намеренно снабжают свои лозунги ссылками на фейки. Там содержится только та информация, которая выгодна кандидату. Например, одной группе пользователей соцсети он отправляет информацию о том, что готов ужесточить миграционные законы. А тем, кого беспокоит глобальное изменение климата, — о том, что никогда не использует пластиковую посуду. В результате у разных групп избирателей формируется положительное мнение о кандидате, которое совершенно не отражает его реальную политическую программу. Поэтому политическая агитация в Интернете должна быть прозрачной.
Пока все эти механизмы находятся в руках интернет-корпораций. Мы составили документ, который назвали «Великая хартия вольностей для Всемирной паутины». Он обязывает компании уважать принцип сохранения в тайне личных данных пользователей и поддерживать лучшие черты человечества — свободу и демократию. Недавно свою подпись под нашей хартией поставил Марк Цукерберг. И я расцениваю это как существенный положительный сдвиг.
— Это все очень здорово, но звучит слишком декларативно. А более конкретные изменения есть?
— Да, это проект Solid. Мы работаем над ним уже несколько лет, — продолжает Тим Бернес-Ли. — Дело двигается, хотя и медленно. Очень не хочется наступить на грабли во второй раз. Это будет первая рабочая сеть, основанная на принципе децентрализации Интернета. Начнем ее испытывать уже в следующем году. Причем намерены привлечь к этому журналистов. Они смогут использовать Solid для интервью и обмена информацией между собой. Смотрю на этот проект с большим оптимизмом.
— Скажите, как давно компьютеры стали для вас смыслом жизни?
— Думаю, еще до моего появления на свет. Порой мне кажется, что любовь к компьютерам у меня в генах. Мои родители участвовали в создании первого коммерческого компьютера в истории — Ferranti Mark 1. Они и привили мне огромный интерес к электронике. Сначала отдали меня на учебу в частную школу в Баттерси. Потом я изучал физику в Оксфорде. Там собрал свой первый компьютер, использовав процессор M6800 и детали старого телевизора. Знаете, в детстве большинство моих сверстников увлекались спортом. А я был в этом деле безнадежен. Поэтому, когда мои одноклассники гоняли на улице в футбол, я играл с железной дорогой, которую мне подарили на Рождество. Такие игрушечные железные дороги стали моим увлечением на много лет.
— Вы никогда не рассказываете о своей личной жизни. Это защита данных?
— Не думаю, что это кому-то интересно, кроме десятка людей. Был трижды женат. С первой супругой познакомился в Оксфорде еще в студенческие годы. Расстались довольно быстро. Затем женился на Нэнси (Нэнси Карлсон, американский программист, работавшая во Всемирной организации здравоохранения. Вышла замуж за Тима в 1990 году. Развелись в 2011-м, у них двое детей. — Ред.). Официально мы состояли в браке больше 20 лет. На самом деле, расстались значительно раньше. Я тогда познакомился с Розмари Лейт. Она приехала в Великобританию из Канады в 2000 году. Занималась, как и я, Интернетом, развивала банковский сектор. Я был женат, она была замужем. У нее трое детей, у меня — двое. Сами понимаете, мы долго сомневались. Потом потребовалось время, чтобы привести в порядок все личные дела, развестись. Поженились мы в 2014 году. Теперь работаем вместе в некоммерческой организации World Wide Web Foundation — Фонд Всемирной паутины.
— Вы верите в Бога?
— Это очень сложный вопрос. Родители крестили меня в англиканской церкви. Но в юности я отошел от религии. Считал себя атеистом. Знаете, обычный подростковый нигилизм. Типичный случай. А когда сам стал отцом, почувствовал, что несу ответственность за духовное воспитание своих детей. И выбрал для себя унитарный универсализм. Это очень либеральная церковь, которая уважает религиозные убеждения практически всех существующих конфессий, а также атеистические взгляды.
Источник: fakty.ua
