Стратегии Paradox годами учат, что деньги – это власть, но обычно речь про золото в казне и проценты по займам. А потом ты открываешь дипломатическую панель и видишь, что твой собственный государственный банк возглавил войну за независимость против тебя, и половина Европы встала на его сторону.
Именно такая картина сложилась у одного из игроков в Europa Universalis 5. Подконтрольный банк запустил движение за независимость, набрал внушительный список поручителей и превратил рядовую вассальную возню в общеевропейскую войну. Реакция была короткой и предельно ясной: "Какого чёрта?".
https://www.reddit.com/r/EU5/comments/1wekkm8/my_state_bank_is_leading_half_of_europe_in_an/
Дело в механике так называемых building-based стран, к которым в игре относятся банки и торговые общества вроде Медичи и Фуггеров. Такие субъекты существуют не за счёт территорий, а за счёт филиалов и торговых представительств, разбросанных по чужим провинциям, и параллельно планомерно улучшают отношения буквально со всеми. Плюс банки почти всегда держат место в кабинете, а оттуда удобно сеять нелояльность внутри сюзерена.
Дальше в дело вступает ИИ, который, судя по поведению, жмёт любую доступную кнопку, и поддержка чужой независимости в этом списке на первых строчках. Отсюда и абсурдные коалиции, где католики, православные и мусульмане дружно объединяются против одного игрока, а Молдавия в 1390 году идёт освобождаться от Венгрии при поддержке Франции, Англии и Кастилии, не имея с покровителями ни одной общей границы. Опытные игроки на это отвечают радикально, освобождая банки сразу после захвата, продавая их какой-нибудь сильной державе или добиваясь мгновенного белого мира, если построек субъекта в твоих провинциях столько, что он формально считается "оккупированным".
При этом сами банки в Europa Universalis 5 остаются одной из самых любопытных идей игры. Сто лет игры за банк вполне способны вывести геймера в богатейшую силу мира, правда, с побочным эффектом в виде двадцатисекундного фриза при открытии меню строительства, когда игра честно пытается отрисовать список из восьми с половиной тысяч торговых отделений. В сообществе от будущих дополнений ждут как раз развития этой линии: переработки торговых компаний, борьбы Франции и Англии за канадскую пушнину, голландского доминирования в торговле специями и захвата Индии британским капиталом.
Йохану Андерссону явно предстоит ещё не один патч по балансу дипломатии, а идея банка, который сильнее собственного государства, вышла подозрительно правдоподобной.
