Порядок прохождения большой RPG порой определяет восприятие истории сильнее любых выборов в диалогах. Одна и та же фракция может выглядеть горсткой чудаков из подвала, а может оказаться единственной силой, которая годами в одиночку воюет с главным злом Пустоши. Всё зависит лишь от того, в какой момент герой постучится в её дверь.
В Fallout 4, вышедшей в 2015 году, этот эффект особенно заметен на Подземке. Привычный маршрут ведёт через Конкорд, полицейский участок Кембриджа, Даймонд-сити, погоню за Келлоггом, "Придвен" и Светящееся море. К встрече с подпольщиками герой обычно уже связан с минитменами, Братством Стали или Институтом, и от Подземки остаются лишь расшифровка чипа да баллистическое волокно для брони.
Один из игроков решил начать новое прохождение в режиме выживания иначе и отправился к Подземке сразу, как только услышал о ней в Даймонд-сити. По его словам, такой подход делает всю историю логичнее. Логика тут железная: пока других союзников на горизонте нет, Единственный выживший ищет любого, кто воюет с похитителями Шона.
https://www.reddit.com/r/fo4/comments/1xqlzsl/railroad_is_a_far_more_compelling_faction_if_you/
Дездемоне можно прямо заявить, что вступаешь из сугубо корыстных побуждений, и ей это абсолютно безразлично. Перед телепортацией в Институт персонаж может даже повторить, что сын важнее любых синтов. Брак по расчёту становится настоящим союзом, когда выясняется, во что вырос Шон. Вишенкой на торте после возвращения с задания оказывается собственное имя, зачёркнутое на доске агентов, ведь героя уже успели похоронить.
Отдельной притчей во языцех давно стал пароль от убежища в Старой северной церкви. Пройдя Тропу свободы, игрок набирает на поворотном диске слово RAILROAD, то есть название самой организации. У этой конструкции, впрочем, есть внутриигровое оправдание. Тропа работает как проверка: Дьякон наблюдает за кандидатом всю дорогу, а Дездемона хочет поставить вдоль маршрута камеры. Дверь лишь впускает гостя туда, где с ним либо поговорят, либо устроят засаду. Писатель Айзек Марион, автор романа "Тепло наших тел", который работает и над сценариями игр, предложил куда более приземлённое объяснение:
Сценарист почти наверняка не знал, насколько простым окажется пароль, когда писал эту сцену. Возможно, изначально он был сложнее, но тесты показали, что никто не может его разгадать.
Даже через 11 лет после релиза многие фанаты Fallout 4 играют в ванильную версию и игнорируют моды
По словам Мариона, озвучку записывают заранее и потом не переделывают, а геймдизайн меняется до последнего. Если команды плохо синхронизированы, диалоги начинают выглядеть бессмыслицей.
Обиднее всего, что у Подземки был потенциал на куда большее. Её конфликт с Институтом намечался ещё в Fallout 3, где агент Виктория Уоттс рассказывала, что организация помогала не только синтам, но и обычным рабам, сотрудничая с другими аболиционистами. К событиям Fallout 4 от Подземки остались одни обломки после разгрома штаба "Коммутатор", о чём подробно рассказывают терминалы. Впрочем, для потрёпанной ячейки, которую Институт выкашивает раз за разом, ограничиться одной целью вполне логично.
Подземке нечего предложить, кроме подвала и пароля из собственного названия, а герою, у которого тоже ничего не осталось, этого вполне хватает.
